Форум обо всём на свете

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум обо всём на свете » ЭРОТИКА » Порнорассказы)


Порнорассказы)

Сообщений 1 страница 20 из 38

1

Да..  можете почитать.. а также оставить коментарии по прочитанному... Если конечно..сможете  s3d30.gif   grin.gif

+1

2

ПРОСТО ЖЕНЩИНА))

Я тебя хочу. Черт. Я в этом вовсе не уверена, не уверена даже в том, что хочу, чтобы ты ко мне прикасался, но если ты не сделаешь этого, мне будет очень, очень плохо.
Ты красивый. Удивительно, у меня раньше никогда таких красивых не было. Умные - были. Да, это старый сценарий: сначала поговорить, а потом... А потом стало ясно, что, в общем-то разговоры и ни к чему, мне нужно совсем не это.
Мне нужен ТЫ. Иди сюда. Подойди ко мне, по-жа-луй-ста. Я тебя хочу! Я вижу тебя в первый раз, но у тебя такие глаза, такие губы, такие ресницы... фигура... восемьдесят килограммов отличного мяса, гм. Нет, я об этом тебе не скажу. Я почти ничего тебе не скажу. Кажется, что ты светишься. У тебя, наверное, легкая жизнь. Ну и пусть.
Ага, ты снимаешь куртку. Якобы, чтобы бороться. Якобы жарко. Радость моя, я же знаю, что ты демонстрируешь МНЕ свои мускулы.
Глупейшая ситуация. Молодец, победил. Теперь иди ко мне. Ты не можешь иначе, ты должен ощутить эту волну! Я хочу!
Спортивный зал, сумерки, тренажеры. Некрасивые девушки без макияжа. Некрасивые - потому что без макияжа. Бесцветные. Молоденькие совсем. Ты у них - бог. Да уж. Чем-то ты напоминаешь солнечную Грецию. Так ли ты свободен? Ну вот, наконец, тебе удалось от них отвязаться. Ну и походочка у тебя. Это, наверное, потому что я здесь. Бедра словно на разболтанных шарнирах... Привет.
Ты киваешь мне, словно своей, и становишься рядом, едва касаясь плеча. Теперь мы вместе, словно старые друзья, критически оглядываем этих девушек.
- Что-то я здесь тебя раньше не видел...
Я говорю тебе, что, скорее всего, буду здесь периодически появляться. Тебе только этого и надо. Я тебя хочу. Интересно, как ты меня чувствуешь? Мысленно рукой я забираюсь к тебе под майку. Тепло. Теплее, теплее. Рука движется вниз, на мгновение останавливается, и просовывается под резинку спортивных брюк. Ты сглатываешь слюну - вовсе не мысленно. Ага, уловил. Но ведь так не бывает, правда? Это не принято - с незнакомыми. И небезопасно. Еще зараза какая-нибудь... Я хочу тебя. Про себя я уже об этом кричу. Да. Да. Теперь нам нужно где-нибудь уединиться.
- А ты, наверное, интересный человек... - произносишь ты задумчиво.
Ну. Твой ход. Как бы повод как следует познакомиться и поговорить. И не надейся, мы ко мне домой не пойдем. Мой дом - не для всех, главным образом - для одной меня. И я не человек. Я женщина, понимаешь? И я хочу тебя здесь и сейчас. Главное - не говорить об этом вслух, а то ведь спугну...
Тренажеры стучат и звенят, а тут еще кто-то включает магнитофон на полную громкость. Мда, этот рэп совсем не в тему.
- Шумно, - жалуешься ты, - Может, пойдем куда-нибудь?
Умница. Наконец-то. Наверное, ты сам считаешь себя охотником, и боишься спугнуть меня. И правильно. Главное теперь - не говорить глупостей, а то мне станет противно, и я уйду. Мы идем рядом по коридорам, пустым и с тусклым светом. Меня шатает, и от этого иногда на ходу мы соприкасаемся. В начале того века это называли эле-ктри-чеством. Мысли спотыкаются в длинных словах. Да я и не думаю. Я больше чувствую. Слова, определения того, что происходит, перевели бы все ЭТО в сухой и ментальный план, а это, конечно, незачем. Я могу только фиксировать какие-то очень простые вещи. Желтые лампы. Кожаные диваны. Твое большое, в сравнении с моим собственным, тело. Боль в заострившихся сосках, которые трутся о блузку при каждом шаге. Слюна. Дрожь. Темнота.
Это ты нажал на выключатель, и лампы погасли. Мы с тобой в тупике, в маленьком закоулке с одним окном. За окном - фонарь, и искрится снег. Под окном - тоже диван. Очень кстати.
- Дальше некуда... - негромко произносишь ты, как будто в шутку, но твой голос почти срывается. Никакого самообладания, правда? Я не смотрю на тебя, я смотрю, как за окном медленно падает снег. Кто первый? Ты неуверен, я чувствую. Можно. Давай.
Ты у меня за спиной, и немного сбоку. Близко. Чувствуется дыхание на щеке и на шее. И твои руки медленно поднимаются...
- Сейчас все уйдут и мы останемся в одиночестве, - говоришь ты. И правильно. Я же сказала, что МОЖНО. Ты делаешь вид, что также смотришь в окно, но ведь ты ничего там не видишь, правда? Тебе ведь не до заоконных видов? Ну наконец-то. Осторожно твои пальцы дотрагиваются до моего бедра. Да. И я также осторожно подаюсь к тебе. Чуть-чуть. Но этого хватает, чтобы ты обнял меня как следует.
Я разворачиваюсь в твоих объятиях.
- Рыжая... - шепчешь ты, зарываясь лицом в мои волосы. Рыжая, да. Я ищу твои губы. Ты тем временем путаешься в моих пуговицах. Я высвобождаю одну руку и расстегиваю пуговицы сама. Ты шумно вздыхаешь, и берешь мою грудь своей горячей ладонью. "Хочу..." - от этого твоего слова я перестаю себя контролировать. Ну почти. Какая-то часть меня, пятнадцать процентов, стоит в стороне и смотрит, но это неважно. Я стягиваю с тебя эту уже стократ надоевшую футболку и прижимаюсь к твоему телу лицом. Возьми меня. И ты - рычишь, поднимаешь меня, и кладешь на вот этот скользкий диван - чистый, кажется, слава Богу, - одновременно стягивая узкие брюки, колготки, ботинки, белье... "У тебя все в порядке?" - "Я на таблетках". И тебе почему-то кажется, что здесь - любовь.
Быстро, как можно быстрее ты раздеваешься сам, я ложусь на бок, высвобождая тебе место рядом, переплетение рук и ног, стремительное исследование... какой ОН большой, даже немножко страшно, но я так хочу тебя. "Хочешь сверху?" - еще чего, и я подворачиваюсь ПОД тебя, ты на мне, между моими ногами, крепко тебя охватившими, не уйдешь, иди ко мне, возьми меня... да. Ты находишь, и вскальзываешь в меня как по маслу, все очень удачно у нас получается, мы подходим друг другу... ты, наверное, сходишь сейчас с ума, это так ярко, что пропадает зрение, не говоря о разуме, который крохотным комочком затерялся где-то в пыли под диваном; а кожа дивана под нами уже повлажнела от нашего пота... еще и еще, движение в бесконечность, и я, ощущая себя необыкновенно сильной от этого бесконтрольного твоего буйства на мне и ВО мне, я понимаю, что могу управлять этим движением, направлять, так как мне надо; в моих обычно холодных руках и ногах поселяется колючее тепло, и я смотрю на свет из-за окна - это твоя дорога, мой милый, ты знаешь об этом? Как будто улавливая, ты убыстряешь движения, запрещенная скорость, а я окончательно расслабляюсь, чтобы не сопротивляться, и... ты горячо вытекаешь в меня. Весь, без остатка. Конец.
Когда такое со мной произошло в первый раз, было не по себе, но ведь, в конечном, счете, плевать. Все равно я тебя не любила. А я - такая, какая есть, пусть даже этому нет объяснения.
Я встряхиваюсь, вздыхаю, сажусь и неспеша начинаю собирать вещи. Твоих вещей, к счастью, нет. Тебя, разумеется, тоже. Завтра ты не придешь в свой там институт или университет, тебе начнут звонить и не застанут. Через три дня забеспокоится твоя мама. Но тебя не найдут. Тебя - не существует. Точнее, есть энергия тебя, но она уже не твоя, у нее нет твоей индивидуальности,  твоего имени, твоей личной истории. А мне ее хватит, наверное, на неделю. Семь дней и ночей я смогу жить спокойно. Потом, конечно, опять придется отправиться на охоту, но уж такое я существо. Не человек. Просто - женщина.........

0

3

АНЯ

Моя новая секретарша - просто прелесть - очаровательное юное создание: совсем ещё девочка (ей было 18-ть лет), она выглядела просто великолепно: волнистые золотые волосы, спадающие на плечи, большие голубые глаза, чуть вздёрнутый милый носик, очаровательная линия рта, тонкая изящная шея, высокая грудь, которая была заметна, несмотря на строгий костюм, тонкая талия, маленькая попка и длинные красивые ноги. Одета она была, как я уже сказал, строго: серая юбка чуть выше колен, пиджак, под ним белоснежная блузка, тонкие чулки, туфли на невысоком каблуке. И этот наивный детский взгляд, который её вовсе не портит, а наоборот подчёркивает её невероятную сексуальность, сквозящую в каждом её движении: походке, жестах, в том, как она пишет, работает за компьютером. При этом сексуальность её такая естественная и неподдельная, будто она дана ей от рождения, что скорее всего так и есть. Такой она предстала передо мной сегодня, а зовут эту невероятную девушку Аня.
     Весь день она выполняла свою работу безупречно. Я видел её много раз, когда она приносила мне документы, спрашивала о работе, забирала письма. И каждый раз я замечал в ней что-то новое, что делало её ещё более привлекательной. Я даже не мог думать о работе, я думал только о ней. За полчаса до окончания рабочего дня, когда она принесла мне чай, я не выдержал: после того, как девушка поставила поднос, я встал из-за стола и обратился к ней со словами благодарности за отличную работу, сказал, что она обязательно должна остаться у нас, а сам тем временем обошёл стол, приблизился к Ане, и внезапно поцеловал её в губы, затем в шею, обнял её. Она не отвечала на мои поцелуи, но и сопротивляться не пыталась, боюсь, в этот момент она думала только о своей работе, о том, чтобы не потерять её. Но я уже не мог остановиться. Я аккуратно расстегнул её пиджак, продолжая целовать девушку, после принялся за блузку и, стянув их с Аниных прекрасных плеч, стал продвигаться вниз, поцеловал живот, занялся застёжкой ремня на юбке.
     Теперь она уже оставалась в одном нижнем белье. Надо сказать, что оно было подобрано с ни меньшем вкусом, чем одежда: белый кружевной лифчик, чашечки которого были чуть выше сосков, и такие же кружевные полупрозрачные трусики. Сама Аня стояла, опустив голову, не смея взглянуть мне в глаза, милое личико было залито красной краской. Странно, но от этого я возбудился ещё сильнее. Я расстегнул быстрым движением руки её лифчик, а потом снял его. О, моя догадка оказалась верной: груди Ани были действительно великолепными: высокие, упругие, похожие на два спелых яблока. Я стал целовать их, ласкать языком, рукой, нежно покусывать за розовые сосочки, а другую руку тихо просунул в трусики и провёл ею по нежной плоти, которая скрывалась под ними. Аня чуть вздрогнула и порывисто вздохнула, но, как мне кажется, это не был вздох наслаждения, а, скорее, страх, учитывая то, что покраснела она ещё сильнее. А мне хотелось, чтобы она тоже была возбуждена, и тогда я стал действовать медленнее и издалека: я посадил её на стол, а сам опустился на колени напротив.
     Погладил левую ногу, снял с неё туфлю, потом сделал то же самое с другой ногой, провёл руками снизу вверх и стянул с Ани чулок, вскоре на полу оказался и другой, я стал ласкать её ступни, поцеловал пальчики ног, провёл языком до колен, погладил их и, таким же образом, продвинулся ещё выше, затем осторожным движением раздвинул сжатые ноги девушки, она подчинилась моему движению. Я стал медленно облизывать внутреннюю поверхность её икр, всё ближе и ближе продвигаясь к заветному месту, вот я уже провожу языком возле шёлковых трусиков и снимаю их, на этот раз она не покраснела, что придало мне новых сил для любви. Я увидел её гладкий лобок без единого волоска, а также то, что она уже не девственница, что не удивительно при её красоте, но странно при её стеснительности, а может она такая только со мной.
     Однако долго раздумывать над этим я не стал, а сразу прикоснулся своими губами к её губам любви, ввёл внутрь язык, стал им там крутить, двигать. Так я долго ласкал Аню, используя все известные мне способы и, наконец, услышал тихий стон, потом ещё и ещё. Губами я чувствовал, что она возбудилась, тогда я встал, снял с себя брюки, трусы, подошёл к столу, взял Аню за её хорошенькую попку, а затем медленно подался вперёд, она глубоко вздохнула, я повторил движения. Сначала я делал всё медленно, чтобы она чувствовала, как моё копьё пронзает её, медленно продвигается всё глубже и глубже в её красивое тело. Девушка всё это время тихо постанывала, она явно пыталась сдержаться, скорее всего Аня боялась признаться сама себе, что ей нравиться это, не знаю, но когда я увеличил темп, она уже не могла сопротивляться, стала громко стонать при каждом моём движении и неожиданно подняла на меня глаза, в которых уже не было прежнего страха. Я наклонился и поцеловал её, не прекращая пронзать.
     Так продолжалось некоторое время, потом я остановился, взял её за ноги и забросил себе на плечи. Это заставило Аню откинуться назад и лечь на спину, я же аккуратно вошёл в неё теперь уже через заднюю дверь, продвигаясь медленно, чтобы не вызвать у неё боль. Потом стал делать это быстрее, лаская руками её нижние губы и клитор. Судя по реакции, это доставляло ей неописуемое наслаждение: она громко кричала, мотала головой. Боже, как красива она была в тот момент-это детское личико, искажённое наслаждением, растрёпанные золотые кудри и великолепная грудь, которая то вздымалась, то опускалась, я раньше никогда не видел более возбуждающего зрелища. Но всё же я остановился и знаком указал на диван, Аня поняла это, легла на него, широко расставив ноги. Я избавился от остатков одежды, лёг на неё и начал движения любви.
     С того времени, как я её первый раз поцеловал, с моих уст не сорвалось ни одно слово, я считал, что они будут излишни, но теперь, когда мы, сплетясь вместе, доставляли удовольствие друг другу, комплименты просто полились из меня. Она слушала меня, стоная и порывисто вздыхая от удовольствия. Через несколько минут я не выдержал и наше наслаждение, достигнув своего пика, закончилось. Некоторое время мы лежали, ни шелохнувшись, тесно прижимаясь друг к другу. Потом я поцеловал Аню последний на сегодня раз, встал и начал одеваться. Через секунду она последовала моему примеру. Мы делали это молча и разошлись по домам не сказав ни слова, но её взгляд, брошенный на последок, был красноречивей любых речей.
     Надеюсь, наши отношения примут регулярный характер.

0

4

Летом я всегда стараюсь проводить все свое свободное время на даче, которая расположена в достаточно престижном районе. Когда мои родители покупали этот участок, этот район еще не считался каким-то престижным, а сейчас вокруг нашей дачи стали расти как грибы, довольно приличные, по сравнению с нашей халупой, дома.
Я люблю коротать долгие летние вечера на веранде второго этажа, сидя в кресле качалке наблюдать за пустынными улицами нашего дачного городка, конечно, они не всегда пустынные, приезжие дачники стараются приезжать на выходные, как, впрочем, и я, но сейчас, взяв отпуск, я поселился на даче, поэтому и наблюдаю за пустынными улицами. Один раз, приехав на дачу на выходные, я обнаружил, что в даче напротив есть живая душа, да еще какая, высокая, стройная рыжеволосая девица. Она загорала на шезлонге возле небольшого бассейна в одних трусиках от купальника, наверное, надеясь на то, что за забором ее никто не увидит. Понаблюдав за ней какое-то время, я страшно возбудился, взял из сумки видеокамеру и принялся снимать ее прекрасное тело, благо камера имела достаточно сильный фокус. Если признаться, я частенько баловался, снимая ни о чем не подозревающих дачниц, у меня даже образовался довольно объемный архив, но такой красавицы в моем архиве еще не было.
У нее было прекрасное тело, загорелое, упругое, длинные стройные ноги, широкие бедра, узкая талия, упругая, стоящая грудь, которая сохраняла форму, не смотря на то, что их обладательница находилась в горизонтальном положении. Ее лицо, жаль, что оно практически было закрыто огромными солнцезащитными очками, и ярко рыжие, практически огненные волосы.
Так наблюдая за ней, я провел достаточно много времени, пока она не встала и ушла в дом. Ближе к вечеру я услышал звук подъезжающей машины, выглянув в окно, я увидел, как к ней в ворота въехала дорогая машина и из нее вышел хорошо одетый, атлетически сложенный молодой человек, поцеловал рыжую в губы и, забрав из багажника какие-то пакеты, они удалились в дом. Когда на улице стало совсем темно, на ее участке зажглось освещение. В окна ее дома было видно, что они сидели за столом и пили вино, единственное, что меня не совсем устраивало, это то, что снимать, как они будут заниматься любовью я не смогу, так как окна ее спальни выходили на другую сторону, а мне этого очень хотелось. Но у меня был выход из этого положения, напротив окон ее спальни росло большое дерево, по которому я лазил еще ребенком, так что нет ничего невозможного.
Когда они встали из-за стола, я был готов, но они вышли из дома, на ней были все те же трусики, а он был в плавках. Надо сказать, что молодой человек был прекрасно сложен, явно тренирован, его фигуре могли бы позавидовать многие культуристы. Взявшись за руки, они отправились к бассейну, а я быстро схватил камеру и приготовился снимать. Они купались достаточно долго, он то и дело обнимал и целовал ее, она постоянно ускользала от него, на их счастливых лицах играли улыбки. Я сделал несколько кадров, но ничего таково пока не происходило.
Я уже начал скучать, когда она подошла к лежащему на шезлонге молодому человеку и, опустившись на колени перед ним, стала гладить его скрытый плавками член. Я моментально включил камеру.
Под ее рукой рос большой бугор, он закрыл глаза от удовольствия, она приспустила его плавки, выпуская на свободу его огромный член, на котором вздулись вены, а головка была такой огромной, что я непроизвольно присвистнул.
Ее голова стала монотонно двигаться вверх-вниз, а его член стал скрываться в ее ротике. Блин! Как он туда только помещается? Я упер камеру в перила веранды, и стал увеличивать фокус, картинка получалась достаточно сносная, ее глаза были закрыты, рот широко раскрыт, еще бы, такая махина, его член блестел от ее слюны. Переведя объектив на его лицо, я увидел, как он охал, жалко звук его стонов не был слышен, его лицо исказилось от нахлынувшего на него оргазма, быстро переведя объектив обратно, я успел заснять момент семяизвержения. Из его члена струями вырывалась густая сперма, попадая на ее лицо, волосы и часть попала в рот, она стала выталкивать ее своим язычком, она текла по ее подбородку, капая на его спущенные плавки.
Вытерев сперму лежащим рядом полотенцем со своего лица, его члена и ног, она встала и протянула ему руку, он вскочил с лежака, подтянул плавки, схватил ее на руки и направился в дом.
Я был готов к такому повороту событий, схватил камеру, вытащил провод от зарядного устройства и побежал к выходу, по дороге посмотрев в окно их дома, их не было в той комнате, значит они в спальне.
Когда я добрался до места съемки, они уже лежали на широкой кровати, ее трусики валялись рядом с ними, ее ножки были разведены в стороны, а голова молодого человека, устроилась между ними. Теперь я отчетливо слышал, как девушка стонала от удовольствия, прижимая его голову руками к себе, а бедрами двигая ему навстречу. Он оторвался от нее, встал, снял с себя плавки и стал залазить на нее сверху. Жалко, что они лежали головой ко мне, но, тем не менее, картинка была впечатляющая. Когда он вошел в нее, она выгнулась, откинула голову назад, а из ее открытого рта вырвался сладостный крик, а безумный взгляд был устремлен поверх меня. Глаза, у нее были глаза ярко зеленого цвета, какого яркого, что я подумал, что это контактные линзы. В ее глазах вспыхнул огонек, я забеспокоился, что она меня заметила, но он моментально погас, и я успокоился.
Он долбил ее своим огромным членом так, что она кричала и извивалась под ним змеей, а он, припав губами к ее красивой груди, ласкал ее соски. Остановившись, он вытащил из нее свой огромный член, она приподнялась на кровати, ее тело плохо ее слушалось, медленно встала, а он с удивлением смотрел за ней. Отойдя от кровати, она включила большой свет, вернулась, толкнула его спиной на кровать и стала присаживаться на его член. Теперь, когда освещение было хорошим, я увидел, как его огромный бивень блестел от ее смазки, как он медленно погружается в нее, а она широко расставив ноги, насаживалась на этого монстра все больше и больше. Когда она полностью протолкнула его в себя, ее глаза закрылись, и она стала медленно двигаться. Его руки придерживали ее за ягодицы, она с упоением и дикими криками прыгала на нем, а когда она стала уставать, он помогал ей. Вскоре, в самый разгар этой дикой скачки, молодой человек издал дикий крик, его тело напряглось, а рыжая стала, как сумасшедшая прыгать на нем, ускоряя темп, я понял, что он кончает. Его крики наполнили комнату, я прибавил фокус, на картинке теперь было видно, как по его члену, на который насаживается рыжая, стекает сперма, рыжая сильно охнула, ее затрясло, тело покрылось гусиной кожей, и она кончила, повалившись в его объятья.
Решив, что на сегодня хватит, я аккуратно слез с дерева и отправился домой. Поставив камеру на зарядку, я улегся спать на первом этаже, в прохладной комнате, провозился достаточно долго, даже пожалел, что не взял с собой какую-нибудь девушку, хотя возможность такая была. Как только я начал засыпать, стук в стекло насторожил меня, я вскочил, вытащил из камеры кассету и спрятал ее, подошел к окну и выглянул.
По моей спине пробежала озноб, за окном стояла рыжая, на ней был одет коротенький цветастый халатик, ее волосы были собраны сзади в хвост. Я медленно направился к входной двери, и немного помедлив, включил свет и открыл.
- Что-то случилось? – спросил я, стараясь изобразить на своем лице недовольную внезапным вторжением гримасу.
- Да, случилось, - спокойно ответила Рыжая, - Может дашь войти?
Я пропустил ее в дом, закрыл дверь и повернулся к ней, она оценивающе смотрела на меня, ее зеленые глаза очень внимательно смотрели на меня.
- И чем же я могу помочь? – стараясь говорить как можно спокойнее, спросил я.
- Проблема в том, что я тебя вычислила, - она блеснула своими глазами, вызывая у меня этим чувство легкой паники.
- Не понял? – парировал я.
- Не стоит изображать из себя целочку, - серьезно сказала Рыжая, - не переживай, я не буду тут устраивать сцен, снял меня и на здоровье. У меня к тебе есть деловое предложение, говорим или нет.
- Говорим, - после недолгой паузы ответил я, пока я взвешивал все ЗА и ПРОТИВ, она смотрела мне в глаза.
- Может быть, пригласишь, даму присесть? – теперь она улыбнулась, обнажая белые ровные зубы.
Мы уселись за столом в кухне, я поставил чайник, быстро убрал со стола посуду.
- Как тебя зовут? – спросила она.
- Вик, то есть Виталий, - ответил я, - но друзья зовут меня Вик, а тебя?
- Зови меня Юля.
- Какое предложение? – я сгорал от нетерпения.
- Я еще тебя не знаю, - после долгой паузы ответила она, - но хочу тебе предложить одно дело. Мне нужно получить у тебя эту запись… - она внимательно смотрела на меня, - и если все получится, то ты даже получишь за это неплохие деньги.
Ее голос дрогнул, она явно волновалась, я встал и налил ей воды, она схватила его двумя руками и жадно выпила.
- У тебя есть водка? – спросила она.
- Нет.
- Пошли ко мне, у меня есть, - быстро предложила она.
- А? – я показал в сторону ее дома.
- А, этот, - ее глаза зло блеснули, - этот уже уехал к своей жене, пошли не бойся.
Мы встали, пока мы шли, я с опаской озирался по сторонам, но его машины не было у нее во дворе. Ее дом поражал дорогим интерьером, мы уселись за стол в гостиной, она достала из бара бутылку дорогой водки и два стакана, налила водки и, не дожидаясь меня, залпом выпила свою порцию, зажмурилась. Я последовал ее примеру.
- Зачем тебе все это надо? - спросил я, закусывая долькой лимона, фрукты остались стоять на столе.
- Надо! – она немного расслабилась, - Надо, Виталик, надо. – и немного помолчав, сбивчиво, стала рассказывать мне довольно странную историю. – Когда я познакомилась с этим уродом. Да, в принципе, таких уродов у меня довольно много, все хотят только одного… Я влюбилась в него без памяти, еще бы, красивый, богатый, ну его размеры ты сам видел – о чем может мечтать нормальная женщина, он воспользовался мною, говорил, что любит, что жить без меня не может. – Ее глаза наполнились слезами. – А я дура верила, порхала как бабочка, а он, когда я ему отказала дать в попку… Представляешь? Это с его-то размером? Ушел к моей лучшей подруге, уж она то не отказала, он до этого страдал, что бабы отказывают ему в сексе, причем, не только в анальном, а и в обычном, боятся, что он их калеками сделает… А я ему только в одном отказала, хотя обожаю это занятие, - ее щеки слегка покраснели, - просто побоялась…
Она налила еще водки и дождавшись меня, брякнула своим стаканом об мой, залпом выпила.
- После этого, - продолжила она, - он и ушел к этой сучке, а я как последняя блядь, продолжаю с ним встречаться, даже думала, что он передумает, но теперь поняла, что он потерян для меня как моя девственность, – ее губы тронула грустная улыбка. – Вот я и хочу получить с него денег.
- Хорошо, я отдам тебе эту кассету, - я встал и направился к двери.
Когда я вернулся, Юля сидела за столом, ее щеки были мокрыми от слез, а в ее руке дымилась сигарета. Я молча подошел к ней и положил кассету на стол, она посмотрела на меня своими заплаканными глазами.
- Пошли, - она встала, взяла кассету, - сейчас мы сделаем компромат.
Мы поднялись на второй этаж, в ее огромной спальне стоял компьютер. Она быстро достала видеокамеру, вставила кассету и включила компьютер. Честно признаться, я удивился, тому, что она так быстро решила, что и как надо сделать, что у нее в загородном доме есть такая техника, да и на малообеспеченную она не похожа.
- Ты еще не смотрел? – спросила она, выводя меня из ступора.
- Нет, - ответил я, - если хочешь, я могу уйти?
- Нет, не хочу, - уверенно ответила она, - да и ты не хочешь. Правда?
- Да, - признался я, - Посмотрел бы на тебя с удовольствием.
- Двигай пуфик, - улыбнулась она, - сейчас будем смотреть, как я …
Усевшись на низкий пуфик, я стал наблюдать за ее быстрыми движениями, чувствовалось, что она не первый раз занимается монтажом фильмов. Ее движения были очень профессиональны, я невольно любовался ими.
Юля засмеялась над моим невольным присвистом, когда она выпустила огромный член своего партнера на волю, я засмущался, а она погладила меня по голове, ее рука была такая нежная, что я моментально возбудился, я закинул ногу на ногу, чтобы она не заметила мой вставший член.
Когда на картинке появилось окно спальной, она прилипла к монитору, ее глаза засветились, а рука на мышке начала дрожать, курсор мыши нервно затрясся, она возбудилась. Мы молча досмотрели запись.
Когда она вырезала нужный ей момент и записала его на диск, она записала номер моего мобильника и сказала, чтобы я ждал ее звонка, потом улыбнулась и вернула мне кассету.
- Я хочу, - ее голос звучал очень тихо, - чтобы мы остались друзьями. Может быть, мне не хватает такого понятливого человека как ты.
Она приподнялась и поцеловала меня в щеку, ее глаза закрылись, а я подхватив ее за талию и поцеловал ее в нежные губы, она ответила на мой поцелуй, но это продолжалось очень не долго.
- Давай оставим это на вечер? – оторвавшись от моих губ, предложила Юля, в ее зеленых глазах было столько слез, что я кивнул и стал целовать ее глаза, чувствуя соленый вкус ее слез.
Так мы и расстались, я еще долго не мог уснуть, ожидая ее звонка и сегодняшнего вечера…

+1

5

Он увидел ее первым. Да ее невозможно было незаметить... Яркие буквы ее сообщений отчетливо выделялись на черном экране монитора. "Девушка..." - промелькнуло у него в голове. Конечно, девушка. Разве мог мужик выбрать себе такое прекрасное прозвище, как GreenLady. Да... Девушек явно не хватало в чате, и появление GreenLady сыграло свою роль. Тут же все обратили на нее внимание и стали посылать кучу сообщений. Леха сначала чуть чуть подождал, потом решил что-то написать, потом стал думать: что бы написать такое неожиданное и нестандартное, как вдруг... Да, она обратилась к нему. Обратилась с одной короткой фразой: " Привет... Давай побалтаем... Наедине... А то все эти... Надоели". Леха оторопело смотрел на монитор и несколько раз перечитал сообщение. Оно не изменилось... И вот они остались наедине.Здесь их никто не мог видеть... И они начали разговор. Точнее, разговор начала она, а он всего лишь поддержал беседу. Они долго беседовали... Беседовали ниочем, просто так. Но за время этой беседы он узнал многое о ней. Она тоже его хорошенько узнала. Они делились своими радостями и печалями. Спокойно открывали друг другу то, что не скажешь даже близкому человеку. Время близилось к утру. В Лехиной пепельнице уже не осталось свободного места. И вот она сказала: "Ладно, до завтра. Мне спать пора. Еще увидимся ". Еще увидимся... Последняя фраза больше всего понравилась Лешке, и глупо улыбаясь он пошел спать...
На следующее утро его разбудил будильник. Несколько часов сна сильно отразились на Алексее. Он выглядел помятым, болела голова. Но он не чувствовал всего этого. Все это было в стороне. Он вспоминал вчерашнюю незнакомку... И тут Леха понял, она ему нравилась... Да нет, он даже влюбился в нее. "Черт, - подумал Леха, - а ведь я даже не знаю , как ее зовут..." И с надеждой на ночную встречу, Леха поперся на работу. На работе все валилось из рук. Вечно слаженый в работе, он по ошибке удалил каталог с годовым отсчетом. Затем облазил мышкой весь Нортон в поисках кнопки ПУСК. Да... Рабочий день не удался. Сотрудники смеялись над его неудачами: " Что, Леш, никак влюбился...". "Влюбился,"- отвечал Леха, мысленно представляя GreenLady. "А какая она?" -не унимался кто-то. "Она... Она хорошая, правда я ее не видел, но я знаю это. Мы с ней много говорили и... я никогда еще не встречал такой девушки. У нас нет друг от друга секретов... Она все понимает и самая лучшая...". Все посмеялись. Конечно, ведь они его и не понимали. Они вообще слабо представляли, что такое чат, и как это прекрасно. Только он знал это... Но , время идет своим чередом и рабочий день закончился. Вскоре пришла ночь. Леха дождался ее в страшных мучениях. Он не находил себе места, мучился, умирал от безделья. Но он выжил. Выжить ему помогала надежда. Надежда снова увидеть ее, читать ее веселые реплики и радоваться вместе с ней. И вот ночью он встретил ее , и они опять болтали до утра. И опять утром у него болела голова. И еще у него был помятый, но счастливый вид... И он снова тормозил на работе... Ночные встречи продолжались неделю. Это была неделя блаженства. Жизнь у Лехи превратилась в мучения на работе и отдых ночью. Он жил только этими ночными часами. Все остальное его перестало интересовать. Он только иногда ел и ходил в туалет, что- бы поддержать свою физическую оболочку. В это же время его разум находился где-то в другом месте. Алексей ждал... Ждал ночи. А ночью он общался и общался. Притом только с ней. В течении ночных разговоров он понял, что любит ее... нет... любит- это мало сказано. Он просто обажает ее и не представляет свою жизнь без этих вот ночных разговоров. Жизнь реальная потеряла для него смысл. Только чат, только GreenLady... За неделю они обменялись фотографиями. Леха послал ей свою фотку, на которой он изображен в грязных , потертых джинсах, поношеном шерстяном свитере и больших очках. Леха всегда стеснялся своей внешности. Он никогда не был симпатичным, но его возлюбленная сказала, что он даже очень ничего. Главное - не внешность. Главное- чтоб человек хороший был. В ответ он получил ее фотографию. Она была немножко раздета. К фотографии прилагалось письмо, в котором она говорила, что любит сниматься чуть чуть обнаженной. Но свои фотографии она показывает только ОЧЕНЬ близким людям. Она назвала его ОЧЕНЬ близким человеком. Ему это льстило. На фотографии была изображена достаточно симпатичная девушка.
Легкая обнаженность делала ее еще больше привлекательной и в то же время какой - то недоступной. Она ему понравилось. И глядя на ее обнаженные груди он понял, что не может теперь жить без нее, что ему надо увидеть ее и сказать... сказать все о своих чувствах. Первый раз в жизни у него появилась потребность говорить. Именно говорить, а не набивать на клавиатуре слова и предложения. Она как будто прочитала его мысли. Кстати , такое происходило часто. Она на шаг вперед знала все, что он скажет и опережала его. Сама шла на встречу. Делала шаг вперед. Так и на этот раз она договорилась о встрече. О встрече на станции метро. Он не знал, куда они пойдут дальше, а она даже и не говорила. Идей было много , денег, как всегда, мало... Но несмотря ни на что он ждал ее. Ждал и надеялся на лучшее...
Он появился в назначенном месте на 17 минут раньше. Он сел и ждал, нервно сжимая в руках скромный букет, состоящий из трех гвоздик. Он не замечал времени. его голове крутились обрывки ее рукописных фраз. Затем у него перед глазами встала ее фотография. И эти обнаженные груди... В таком состоянии, кажется, он просидел доcтаточно долгое время. Дольше чем ему хотелось бы. Из этого состояния его вывел смех. Поглядев на часы он понял, что просидел здесь уже час, а она так и не пришла. Смеялся парень, парень помоложе,но в таких же больших очках. У парня были гнилые зубы, мерзкая ухмылка и неприятный запах изо рта. Да, Леха даже чувствовал этот неприятный запах. "Тоже компьютерщик,- промелькнуло у Лехи в голове, - И над чем он там так смеется?" Тем временем парень непереставал смеяться, сквозь смех повторяя заветное для Лехи слово: GreenLady. Этот очкастый ублюдок считал свою тупейшую шутку верхом остроумия

+1

6

Некоторым бабам везет на мужиков, а другим, молодым, красивым и, что самое удивительное, умным - на извращенцев. Я имею в виду, естественно, себя. Причем выбираю-то я их сама! Иногда хочется потрахаться, забыть о том, что очередная газета динамит с очередным гонораром, что редактор, очевидно, принадлежит к пассивным гомосексуалистам, иначе он обратил бы на тебя хоть какое-то внимание, что корректор, судя по всему, несколько месяцев не вылезал из запоя, иначе он не стал бы в слове "территрия" вычеркивать все три "р".

Все это к чему? Есть у меня приятели, которые устраивают по праздникам групповушки. Праздник у них на весь год один - день рождения граненого стакана. Соответственно празднуется он каждую неделю. Судя по этому, сортов граненых стаканов должно быть, как минимум, пятьдесят два, но больше двадцати я пока не видела. Сопровождается все это безобразие массовым уничтожением спиртного.

Когда в больших, когда в меньших количествах. Но, что хорошо в этой компашке, там всегда бывают новые люди. Извращенцы, в основном. Других, право слово, я не видела! Однажды попался один тип, так он всю ночь травил байки про то, как трахаются в Индии. Показывал больше сотни позиций... На пальцах. А к делу так и не перешел!

Другой мучал меня четыре часа. Все это время он раскрашивал мое тело в черный цвет. Он, видите ли, трахается только с блондинистыми негритянками. Я таких в нашем городе не видела. А кончил, подлец, в две секунды!

В общем, на примере моего печального сексуального опыта я выяснила, что мужики больше любят поболтать о сексе, чем им заниматься на самом деле. А на этот раз мне попалось вообще нечто такое, о чем я вспоминаю со смешанными чувствами отвращения и радости. Почему? Ждите, будут и подробности.

Красивым этого деятеля назвать было нельзя. Безобразным - тоже. Сутул, с длинными пальцами пианиста-онаниста, сросшиеся брови над глазами серо-буро-зеленой расцветки, тонкий нос между впалых щек и пухлые губы, бакенбарды, редкость в наше время, и козлиная бородка. Меня, как водится, привлекла в нем необычность, за что и поплатилась. Звали его под стать внешности - Маркел. 1015; Весь вечер Маркел пил как лошадь, или стая верблюдов. После первого же стакана он преобразился и из тихони сделался буяном. Парень громогласно провозглашал тосты за успешное размножение колобков и ежиков, за выход фаллографии из туалетов, за введение повсеместной фаллометрии и тому подобное. Один тост, правда, прозвучал как-то не в струю и призывал пьющих исполнять "Арию Риголетто", как непременный атрибут любого возлияния.

Не удивительно, что сломался он первым. Еще бы! При его-то темпах! Некоторое время в распахнутой двери сортира всем проходящим мимо была видна его спина и руки, обнимающие фаянсового друга. Звуки тоже были соответствующие. Наконец, он покинул насиженное место, которое немедленно занял кто-то еще, умылся, хлопнул стакан водки, без тоста и закуски, и отправился на боковую. Вскоре он обнаружил рядом с собой чье-то тело, которое, при ближайшем рассмотрении и расщупывании оказалось женским, короче, моим. Что делать, ему подсказывать не пришлось. Он без труда справился с матерчатыми покровами, преграждавшими вход во влажные глубины.

Вскоре мы медленно покачивались в сидячем положении, и это напоминало купание в морском прибое, только вместо волн был член Маркела. Я кончила несколько раз, но парень почему-то не снижал и не убыстрял свой темп движений. Казалось, он просто заснул, со мной на толстом отростке и качается лишь по инерции.

- Я уже устала... - Шепнула я. Это было воспринято правильно. Маркел, не открывая глаз, уложил меня снизу и значительно убыстрил темп движений. Вскоре появились первые признаки надвигающегося оргазма, по телу стали прокатываться томные волны, заставляющие сжиматься мое влагалище. />
И вот, я очередной раз кончила. Содрогаясь в пароксизме страсти, я вдруг поняла, что что-то не так. Появился кисловатый запах, да и Маркел непонятно съехал в сторону. В общем, выяснилось, что он кончил и одновременно исполнил ту самую "Арию Риголетто", к которой призывал пьющую братию.

- Ты что, потерпеть не мог? - Возмутилась я.

- А у меня всегда так, когда бухну. - Без тени смущения ответил парень.

- Почему это?

- Не знаю.

Давно началось. И он рассказал, как докатился до такой жизни. Тошнило его всякий раз когда он выпьет. Но выпить всегда он мог много, пьянея после первой же порции. Но, не больше, сколько бы не было употреблено. Вскоре Маркел заметил, что процесс опорожнения желудка вызывает у него весьма приятные ощущения.

Дальше - больше. Он специально стал пить, чтобы блевать. Приятность от этого процесса вскоре переросла в настоящее оргастическое возбуждение и склоняясь над раковиной, или унитазом, Маркел чувствовал, как напрягается его член и через некоторое время он стал не только вставать, но и извергать потоки спермы.

В трезвом состоянии с женщинами, из-за некоммуникабельности Маркела, у него не получалось, а напившись, он не мог уже не кончить не опустошив одновременно желудок.

- И что, после пьянки ни одна не согласилась переспать с тобой еще разок?

- Нет...

- Грусно ответил парень. - Кому же понравится такое?

И он ушел. Пить. Оставив меня наедине со своей вонючей лужей. Действительно, такое не могло понравиться ни одной порядочной девушке.

0

7

Удивительно,))))первый раз слышу подобное.Даже не внриться.

0

8

LEXA написал(а):

первый раз слышу подобное

Всё возможно в этом мире) места знать надо)

0

9

Жидкость - белая, вязкая, без запаха, имеет терпкий не встречаемый в пищевых продуктах вкус, при попаданиях на чувствительную кожу лица оставляет красные пятна раздражения, при попадании внутрь бывают дети. Или не бывают, и тогда необходимо выяснить, причиной тому принимающая плоть или свойства самой этой жидкости.

Тиму срочно нужна была справка, справка в гинекологическую клинику, где ему предложили подработать донором. Только сдавать нужно было не кровь, а собственное семя. Его приобщил к этому делу институтский приятель, мающийся от вечного недостатка денег. Тиму деньги нужны были не меньше, и, рассудив, что все равно с его гиперсексуальностью постоянно приходится снимать напряжение в унитаз институтского туалета днем, и при этом еще предостаточно оставалось сил на многочисленных любовниц вечером, не лучше ли получать за это деньги, да еще приносить пользу нуждающимся в этом бедняжкам. Моральные проблемы, вроде анонимного отцовства, Тима трогали мало. И вообще, его мало, что трогало в этой жизни.

Он был молод, здоров, умен и сексуально необычайно привлекателен. В институте за глаза его звали: “Производитель”. Но и без этого Тим прекрасно видел в глазах знакомых и случайно встреченных женщин этот неизменно поднимающий настроение взгляд восхищения и нескрываемого интереса.

В гинекологическом диспансере, куда его направили, пожилой уролог долго и задумчиво дергал его за мошонку, затем что-то записал к себе в журнал, выдал Тиму стеклянную пробирку и послал куда-то по коридору в комнату без номера взять у самого себя семенную жидкость на анализ.

- Как? - не понял Тим.

- Может, тебе показать, как?!

- с сарказмом и прямотой всех урологов сказал старенький врач.

- Руками, а как же еще. -

-а! - протянул Тим, и непроизвольно улыбнулся глупости происходящего.

- Честное слово, как дети! - друг деланно рассердился уролог.

- Все надо объяснять. Пройдешь до конца коридора, потом налево и там, у лаборантки возьмешь ключ. Через три дня придешь за результатом. Все.

Тим вышел из кабинета, держа в кулаке перед собою, как какую-то драгоценность, пробирку и двинулся вглубь коридора. Очень скоро он стал ловить на себе внимательные взгляды всех без исключения женщин, сидящих вдоль стен в очереди на прием в другие кабинеты. Казалось, они были прекрасно осведомлены, куда и с какой целью Тим несет перед собою эту дурацкую пробирку. Никогда прежде Тим не чувствовал себя более смущенным и зажатым. Трудно было придумать для всегда самоуверенного Тима пути позорнее, чем эти двадцать метров по коридору, в сопровождении насмешливых, цинично оценивающих и даже жалеющих взглядов девочек-подростков, красивых молодых баб и женщин в предклимаксовый период.

Наконец он достиг спасительного поворота налево, где коридор делал странный зигзагообразный изгиб и утыкался в маленькую залу с пустым столом у окна. Только Тим перевел дух, как сзади послышалось быстрое биение каблучков и нежный девичий голос спросил:

- Вы на анализ эякулята? />
Тим обернулся и увидел перед собою белый халатик, одетый на тонкую невысокую девичью фигурку, венчаемую красивой головкой с заколотыми назад мощным хвостом темных волос. Почему-то сразу ему показалось, что под халатом у девушки ничего нет, так хорошо под накрахмаленной тканью выделялись две острые грудки и хорошо развитые бедра. Но потом он понял, что это впечатление создавали длинные тонки ноги в темных чулках, выходящие прямо из-под края короткого халата и черная сильно декольтированная кофточка, открывавшая всю шею и тонкие ключицы девушки. Чуть вздернутый носик и едва заметные усики над изящными губками идеально сочетались с большими темно зелеными глазами, смотрящие на Тима со странной смесью брезгливости и женского интереса. Впрочем, в этот момент Тиму этот взгляд совсем еще юной лаборантки показался завершающим ударом после пути на Голгофу по нескончаемому коридору:

- Да нет, мне всего лишь надо подрочить в пробирку, - с язвительно и злой интонацией проговорил он.

Девушка прыснула в кулачек и, пройдя к столу, протянула Тиму ключ.

- Лаборатория работает до шести, так что поторопитесь, - сказала она, и в этот момент взгляды их соединились в странный энергетический мост.

Казалось, в одно мгновение они рассказали друг другу все свои чувства и мысли. Самое удивительное, что у обоих они абсолютно совпадали. В это мгновение Тим осознал, что самое сексуальное у женщины - это не ноги, не бедра и не грудь. Самое сексуальное у женщины - это ее взгляд. Именно он заставляет кровь приливать к голове и чреслам, а мысль терять контроль и направление. Надо же было случится такой встрече! И где! Перед самым мастурбационным кабинетом. Комедийность ситуации не знала себе равных. С трудом попав дрожащими руками ключом в замок, готовый провалится на месте Тим ввалился в пустой кабинет и захлопнул за собою дверь. Затем он повернул ключ с обратной стороны и притих. Он явственно услышал, как девушка отодвинула стул и села за свой стол. Тим перевел дух и оглядел место предстоящего анализа. Перед ним находилась абсолютно пустая комната, площадью метров десять, окрашенная омерзительной серо-зеленой масляной краской на две трети своей высоты. Окно также на две трети были неаккуратно замазано белой краской. Из мебели в комнате нашлась одна кушетка, обтянутая черным дерматином и белый сиротливо торчащий из стены умывальник, естественно только с одним “холодным” краном. Слава богу, мыло и полотенце сбоку были на месте. Ни одной картинки или какого либо вдохновляющего объекта во всей комнате не обнаружилось. В этих стенах приходили любые мысли, по большей части мрачные, кроме тех, которые нужны мужчине для совершения неестественного, но порою столь необходимого акта насилия над собою. Тим расстегнул ширинку и чуть не оглох от гула в пустых стенах от расстегиваемой молнии. Не было ни малейшего сомнения, что симпатичная лаборантка в соседнем помещении прекрасно все слышит. Тим тоскливо оттянул модные “семейные” трусы со скелетами в позах из “Кама Сутры” и достал своего совершенно вялого приятеля. Сама мысль, заниматься сейчас этим, когда за тонкой стенкой сидит столь привлекательное создание, была отвратительна. Но Тим для порядка все же совершил пару поступательно-возвратных движений, что, как и следовало ожидать, не вызвало в его органе ни малейшего отклика. Оказывается, в природе не сыскать людей ранимее в вопросах пола, чем мужчины. Это обстоятельство связано с загадочным фактом, что мужской вторичный половой признак не поддается никакому сознательному контролю индивида, им обладающим.

Он вообще, в некотором смысле, существо вполне самостоятельное и ужасно своенравное. Он может проснуться, когда ему вздумается, что особенно неудобно в людных собраниях. Но он же может совершенно необъяснимым предательством не откликнутся на громкий призыв в самый ответственный момент интимных отношений. И что ты с ним не делай, хоть грози отрезать, ответа не последует. Даже наоборот, его пренебрежение своими обязанностями может приобрести издевательски стойкий характер. Попадаешь в заколдованный круг: чем больше волнуешься, тем меньше шансов на успех, чем меньше видишь шансов на успех, тем больше волнуешься. Особенно часто неприятности случаются, скажем, где-нибудь на лестничной площадке, где мимо, мешая сосредоточиться, постоянно шныряют жители с наглыми требованиями подвинуться, пожарные тянущие рукав тушить пожар и прилипчивые школьники со своими советами.

Ситуация похоже была безвыходной, в одной руке Тим держал пробирку в другой свой безвольный орган, а за стеной сидела прекрасная незнакомка. Дрочить не хотелось вообще. Так прошло минут десять, во время которых Тим пробовал настроится на рабочий лад, вспоминая все самые занятные эпизоды из своей сексуальной практики, (вспомнил даже эпизод с собачкой из школьных лет), но как только ум его возвращался к этой мрачной комнате и необходимости не только довести себя до оргазма, но и при этом выстрелить точно в малюсенькое отверстие пробирки, всякое наполнение, как из спущенного воздушного шарика, покидало его пещеристые тела, несмотря на весь отчаянный массаж. Неожиданно в дверь негромко, но твердо постучали. Тим от испуга чуть не выронил пробирку. Он быстро заправил все внутрь и застегнул штаны.

В дверь еще раз постучали, и неуверенный девичий голосок спросил:

- Вы скоро, а то мне уже домой пора?

Тим сжал зубы, но промолчал.

- Вам что, плохо? Почему вы молчите?

Тиму уже было нечего терять, он тихо подошел к двери, молча повернул ключ, и, отпрянув, застыл в тоскливо-любопытном ожидании: “Войдет или не войдет!” “Боже, а если войдет!”.

После небольшого замешательства дверь медленно приоткрылась, и в просвет заглянул милый девичий профиль, и, с испугом вглядываясь в темную фигуру молодого парня, спросил:

- Вы чего?

- Ничего, пытаюсь настроиться, а вы мне мешаете.

Кстати, может быть, вы мне поможете.

- Я!- опешила девушка от неожиданности.

Такого, видимо, в ее практике еще не случалось.

- Да, вы. А почему бы и нет, в конце концов, анализ крови медсестры берут, чем анализ спермы хуже. Этот довод, видимо, поставил девушку в тупик. Тим почувствовал, что это переломный момент. Сейчас ни в коем случае, нельзя было ей дать сразу отказаться, тогда уже точно нельзя будет ни на что рассчитывать.

- Если хотите, я вам даже заплачу. Мне очень нужно, а второй раз я позора в вашем дурацком коридоре не перенесу.

- Заплатите?! Вы с ума сошли. Вы понимаете, куда вы пришли?

- Конечно, поэтому и обращаюсь за помощью. Ладно, с деньгами я пошутил, но вы же давали клятву Гиппократа. Не бросите же вы страждущего без помощи? - Вообще-то еще не давала, я только собираюсь на медицинский.

Я здесь прохожу практику от медучилища.

- Каким доктором хотите стать?

- Гинекологом.

- Отлично.

Когда еще вам представится такой замечательный случай изучить, как это все работает. Тем более и делать-то вам ничего не надо. Вы только побудьте здесь, пока я буду онани… брать у себя анализ, а то без вдохновения в этих ужасных стенах у меня точно ничего не получится.

Было видно, как в молодой девушке борются два противоречивых желания: побыстрее убежать и другое, еще невысказанное, но ужасно заманчивое на грани безрассудства желание остаться.

- Ну, если только поприсутствовать, - вдруг, озорно улыбнувшись, решилась она и, помахивая неуверенно руками, шагнула внутрь кабинета.

- И вам не будет стыдно?

- Наоборот.

Будем считать, что вы врач, а я пациент. Никто же не стесняется своей наготы на операционном столе.

- Ну, вы скажете! Я пока еще в операциях не участвовала.

- Ну, хорошо, где врачи еще видят обнаженное тело?

- Еще в морге - у нас недавно практика была. -

Вот и прекрасно, представьте, что я голый мужчина в морге.

- Ой, только не это. В ее голосе явно прозвучала нежность и ужас одновременно.

- Ну, хорошо, хорошо, я пошутил.

Пусть это будет обычный осмотр доктором своего пациента. Более того, вам даже на это смотреть не обязательно. Просто побудьте, чтобы у меня воображение лучше работало. А смотреть можете в окно.

- Там ничего не видно.

- Ах да. Тогда можете книжку, что ли, почитать.

- Вы думаете, я смогу читать, пока вы будете ЭТО делать?

Нет уж, проходить практику, так проходить. Вы будете не против, если я посмотрю?

Сказав это, девушка тут же смутилась, что ясно можно было заметить по ее порозовевшему лицу.

- Наоборот, это мне будет даже помогать. У вас такой привлекательный взгляд.

Их взгляды опять встретились, и произошла еще один молчаливый обмен безумными сообщениями: “А ты ничего! Как здорово, было бы оказаться в твоих объятиях” - “Ты просто сумасшедше привлекательна, особенно в этом халатике. Интересно было бы посмотреть, что там под ним”.

Тим быстро, чтобы девушка не успела передумать, закрыл дверь и повернул ключ. Лаборантка настороженно на него посмотрела.

- Садитесь, не бойтесь. Хороши же мы будем оба, если кто-то вдруг зайдет! Девушке понравился аргумент, она снова мило прыснула в кулачек и уселась на кушетку. Однако смех ее тут же прошел, когда она увидела, как молодой человек расстегивает штаны и достает свой мужской орган.

Глаза ее расширились, и она, остолбенев, стала наблюдать, как под быстрыми движениями взад-вперед этот орган стал расти, наливаться пурпурным цветом и вообще вести себя, как самостоятельное живое существо. Вид этого процесса загадочно завораживал, лишал воли, и еще являлся источником легкой слабости и тянущего невероятно приятного ощущения внизу живота.

В какой-то момент ей безумно захотелось самой схватиться за этот заполнивший все пространство столб и понять, как это у него все работает. Тим и сам заметил, как девушка неотрывно следит за его движениями, и понял, что более удобного случая у него не будет.

- Хотите попробовать, как все у него действует, - по-деловому спросил он.

- Чисто как врач, ради науки.

Тим не дал лаборантке опомнится, быстро подошел к кушетке, решительно взял ее руку и положил ее сверху на свою торчащую колом плоть.

Девушка в первое мгновение отпрянула, но Тим крепко удерживал ее ладонь у себя на паху. Потом он медленно убрал свою руку, и скоро почувствовал, как маленькая ладонь сама сжала его горячую плоть. Тим снова положил свою руку сверху и стал медленно водить вверх вниз, как бы давая ей урок по вождению.

Милая ученица быстро усвоила урок и взяла управление его аппаратом в свои руки. Сердца молодых людей яростно бились, а глаза их горели азартом и безумной страстью. Очень скоро рука девушки от непривычки устала, а на лице ее нарисовалось отчаяние. Внезапно, она слегка оттолкнула его, быстро встала, задрала себе юбку и приспустила чулки вместе с белыми трусиками.

Затем повернулась к нему задом, уперлась руками в кушетку и, подняв к нему голову, посмотрела на него умоляющим взглядом, как бы приглашая быстрее войти в нее. Тим заметил, как по изнанке ее приспущенных трусиков каплями стекает какая-то прозрачная как слеза жидкость.

Присмотревшись, он понял, что источник этой влаги находится между ее обращенных прямо к нему слегка расставленных ягодиц. Даже в полумраке этой странной комнаты он увидел ярко-красный цвет ее еще не потемневшего по-детски аккуратного входа внутрь. Именно он при каждом ее нетерпеливом движении источал капельки увлажняющего нектара, как надрубленная весной береза испускает свой сок.

Тим просто не мог удержаться и, наклонившись к этому дивному источнику, прильнул губами, чтобы утолить свою разгоревшуюся жажду. Как только он прикоснулся губами к ее набухшему от крови влажному влагалищу, она вздрогнула всем телом, изогнулась и страстно выдохнула:

“Да!”

Никогда еще ни до не прежде Тим не получал такого удовольствия от ласк интимного женского органа. Он посасывал губами ее скрытые губы, проникал глубоко языком, дотрагиваясь до твердого самого важного у женщины шарика, несильно прикусывал весь цветок сразу, чуть-чуть оттягивал и отпускал, чувствуя, как ее плоть скользит между зубами. При этом ее нежное мясо приобрело совершенно ненатуральный ярко пурпурны цвет, и казалось, кровь сейчас прорвет тонкую границу и зальет ему лицо. Наконец, он почувствовал, как ее руки потянули его вверх, и понял, что она хочет его в себя целиком.

Тим распрямился, быстро смочил слюной свой заскучавший от простоя орган и быстрым ударом вошел в ее еще небольшую, обрамленную темными волосиками, необычно красивую пещерку. В этот момент, девушка, как ему показалось, чуть не захлебнулась воздухом. Чуть отдышавшись, она полностью забралась ногами на кушетку, уперлась головой и руками в стену и откликаясь на каждое его движение дыханием и стоном, стала терпеливо принимать мощные удары его бедер в свои еще не обремененные излишним жиром ягодицы. Тим уже почти ничего не чувствовал, не видел и не слышал. Его тело превратилось в один большой молотобойный аппарат, который с каждым ударом, загонявшим молот в ждущее его отверстие, поднимался на одну ступень, приближающую его существо к вершине. Вокруг не было, ни уродливых стен, ни поликлиники, ни города, ни земного притяжения.

Он и божественное дивные ягодицы, в которые он входил, казалось, все глубже и глубже, находились где-то далеко во вселенной и не имели ничего общего с действительностью. Вдруг он услышал, приглушенный яростный стон и ощутил, что тело впереди него судорожно сжалось и прервало на секунду дыхание. Маленький вход, обхвативший его всеми своими горячими стенками, стал сильно пульсировать, то обхватывая его орган, то отпуская. Никогда прежде Тим не наблюдал у женщины таких явных признаков оргазма. Это был знак и для него. Сосредоточившись полностью на своих ощущениях, он уже почти в бесчувствии ощутил приближение ЭТОГО. “В рот, сделай это мне в рот!” - вдруг услышал он жаркое дыхание впереди.

После этого кто-то вырвал его плоть из адской топки, и жадно обхватил нежными губами. И здесь, то что так долго копилось в нем вдруг вырвалось толчками наружу. Сжав зубы, рыча, напрягая каждый мускул в теле, он, наконец, разрешился от сладостного и такого невыносимого бремени.

Несколько минут спустя Тим открыл глаза и попытался осознать, где он находится, и что это было. Пред его взором он нашел уже знакомую комнату с ужасно выкрашенными стенами.

В полумраке возле умывальника он увидел мелькание белого халатика. Это была девушка-лаборантка. В ее руках он увидел пробирку, в которую она аккуратно, чтобы не промахнутся, выливала изо рта содержимое. Когда пробирка заполнилась на одну треть, она сделала глотательной движение, после чего острым язычком облизала мокрые пунцовые губы и улыбнулась.

- Для анализа этого хватит.

Я пошла, ключ положишь на стол, - сказала по будничному девушка, затем одернула свой накрахмаленный и слегка смятый халатик, оправила юбку и волосы и вышла из комнаты вон.

Пока он приходил в себя, мыл руки и все остальное, затем застегивался, прошло несколько минут. Так что когда Тим вышел из комнаты и стал запирать дверь, оказалось, что девушки-лаборантки и след простыл.

Положив на стол ключ, он бросился на ее поиски. Однако блуждания по лабиринтам поликлиники никаких результатов не дали. Большинство кабинетов уже были закрыты, а случайно встреченная уборщица накричала на него, что все уже разошлись по домам, и ему тут в “грязных сапожищах” делать нечего (это было сказано о чистых и изящных ботинках), так как ей надо мыть полы.

Три дня спустя, Тим заехал за справкой. Получив в регистратуре бумажку с результатами, он с замиранием сердца дошел знакомыми поворотами до закутка, ведущего к той комнате мастурбатора. Но к его разочарованию, вместо симпатичной лаборантки за столом сидела крашенная под блондинку женщина лет сорока с пожухлым лицом, неумело прикрытым красно-голубым чрезмерным макияжем, и остатками давно растаявшей фигуры.

- Вам нужен ключ от комнаты? - спросила она кокетливо.

- Нет, нет. Я, кажется, заблудился, - проговорил Тим и быстро ретировался к выходу из поликлиники На улице он весело рассмеялся и развернул выданную справку.

Вот ее содержание: Анализ эякулята: ФИО, Объем -2мл. Цвет - белый. Кол-во сперматозоидов в 1 мл. - 100 млн.

Живые сперматозоиды - 80%, мертвые - 20%, Морфология: Нормальные головки - 62%, Патологичные головки -21%, патология хвоста - 10%, явление агглютинации - прочерк. Заключение - Нормодоосперм.

Дата и подпись лаборанта… или вернее лаборантки.

0

10

Тот вечер, как и все предыдущие. Троллейбусы шли забитыми буквально под завязку. В конце концов, мне удалось втиснуться в один из них. Горько сожалея о том ,что подруга не встретила меня на вокзале , я стояла на задней площадке троллейбуса в самом углу зажатая со всех сторон пассажирами. В этой толчее я совсем не заметила ,что моя мини-юбка задралась сзади , когда я протискивалась в салон троллейбуса. Теперь я стояла в элегантных белых трусиках ,обнажающих почти всю мою попку , ив чулках с поясом . прикрытая лишь спереди юбкой. Все мои попытки изменить существующее положение не возымела успеха , и я решила постоять так , пока люди не выйдут на остановках , ведь мне ехать до конечной.
Так успокаивая себя, я вовсе сначала не обратила внимания на то, что чья-то рука гладит меня по попке и пытается пробраться под трусики. С трудом, повернувшись, я лишь смогла увидеть мужскую грудь, поскольку над моей головой соседка держала свою громадную сумку. Готовая возмутиться, я решила помолчать, и отдалась воле случая. Моя плоть начала дрожать, когда его пальцы начали синхронно поглаживать мою попку и клитор, играя со ставшими уже влажными губками. Наконец его большой палец вошел в мое влагалище, а средний в мой анус. Мне захотелось изогнуться, приятная дрожь и сладость разлилась по всему телу, отзываясь в каждом его уголке. Я вновь почувствовала его руки теперь уже у себя на бедрах и словно очнулась от происходящего. Я будто посмотрела на себя со стороны... мои бедра в такт движения его руки делали круговые и насаживающие движения, в то время как руки гладили и сжимали мою грудь. Моя соседка, глядя на нас, приподняв юбку и забравшись рукой под трусики, ожесточенно терла свой клитор. Осмелев в такой ситуации и покоряясь его желания, я опустилась вниз в этом лесу ног и, расстегнув молнию на его брюках , взяла горячий и напряженный член в свой рот. Нежно щекоча его язычком, я отводила крайнюю плоть и надвигала ее до отказа. Покусывая легонько член, я начала с его яичками, что привело его в экстаз.
Вдруг поток горячей спермы ударил мне в рот, прямо в горло. Рискуя захлебнуться я глотала этот эликсир, судорожными движениями всего тела помогая себе. Наконец, облизав головку уже поникшего члена, от остатков спермы, я спрятала его в брюки и аккуратно застегнула молнию. Когда я встала, он, пробравшись руками под блузку, стал гладить мои груди, а его сосед, слегка наклонив меня и, приспустив мои трусики до колен, вошел в мою щель резким и властным движением. Я чувствовала себя последней шлюхой но это меня еще больше возбуждала. Его член попеременно вонзался то в мою щель, то в попу. Кончил он мне в попу, и сперма потекла по ляжкам. Они вышли на три остановки раньше меня, а моя соседка, поцеловав меня на прощанье, на предпоследней.
Ну вот, наконец . и моя остановка. Покачиваясь на шпильках, побрела к дому подружки. Тут меня ждал очередной сюрприз-лифт не работал. Чертыхаясь, я стала подниматься по лестнице на девятый этаж. Пройдя несколько этажей; я наткнулась на трех девчонок -школьниц, лет четырнадцати - пятнадцати. Они ласкали друг дружку язычками, руками и свечкой, которую одна из них держала в руке. Услышав шаги на лестнице, они стали спускать с привязи свою собаку. Что тут говорить испугалась я не на шутку, собака была просто гигантской.
Увидев меня, девочки успокоились и о чем-то стали перешептываться между собой. Я стояла смотрела на собаку, не решаясь ни пройти дальше, ни побежать назад. Между тем девчушка, которая стояла передо мной, подойдя ко мне, расстегнула на мне блузку и юбку, сорвала трусики, так что я осталась в одних чулках с поясом и в туфельках. Она накинула мне на шею ошейник с поводком, который сняла с собаки, потянув ремешок вниз, стараясь нагнуть меня. Я попыталась сопротивляться, но та, что подвела меня, стоя сзади, стала подталкивать меня, пришлось покориться. Я стала на колени. Меня разбирали и страх, и любопытство. Больше было, конечно, первого, но ведь выбора не оставалось. Стоящая сзади девушка еще шире развела мне ноги и, вставив в свое влагалище свечу, вонзила ее в мой анус. Держа меня за бедра, начала меня усердно трахать. От такой ситуаций у меня текло, как из ведра. Тем временем другая подвела ко мне кобеля и приказала сосать его член, после чего, глядя на нашу группу, она и ее подруга стали ласкать друг друга. На мое удивление, кобель кончал очень сильно и очень бурно. Мой рот, губы, лицо, шея, грудь были сплошь залиты его спермой. Пока я сосала его член, девчонки сменяли друг друга. Наконец , они устали. Я думала, что на этом все закончилось, но ошиблась. Они, продолжая держать меня на привязи, подвели пса ко мне сзади.
Его не пришлось долго упрашивать, видимо, у него был опыт в подобных делах. Он забросил передние лапы мне на спину. И упершись как следует задними лапами в пол, пронзил меня своим членом. От бешеного темпа и сладострастных ощущений я стала доходить до безумия, так что девчонки держали меня, натянув поводок и зажав мне рот. Не помню, сколько это продолжалось по времени, но, видимо пес, в конце концов обессилел, так как слез с меня, тяжело дыша. Я облизала ему член от остатков спермы, которой истекала сама. Мое тело было все во влаге интимных местечек девочек, моего пота и спермы пса. Кстати, во время этой бешеной скачки он попадал мне не только во влагалище, но и в анус, однако для него, по-видимому, это не имело значения. Натянув на меня трусики и блузку с юбкой, дав сигарету и не прощаясь, девчонки ушли. Еле доплетясь до квартиры, я в изнеможении упала на диван. Сквозь забытье я услышала, как пришла моя подружка, чувствовала ее язычок на своем клиторе, ее руки и губы на своем теле. Ощущала, как она, играя с моей грудью, сует ее свою щель... Однако я была уже просто не в состоянии отвечать на ее ласки. После такого вечера я от усталости не в силах была пошевелить пальцем. Проснувшись утром следующего дня, я долго лежала с открытыми глазами. Наконец я встала и пошла в ванную комнату. Натертые губки немного садили, моя бедная попка легкой болью напоминала мне о вчерашнем вечере. Однако я старалась не обращать на это внимания. Я вспомнила вчерашний вечер, стоя под освежающими струями душа. Мои мысли прервал звонок в дверь. Недовольная тем, что мне помешали, я, накинув халат, пошла открывать дверь.
На пороге стояли два парня. Они представились согрупниками моей подруги по институту. Пригласив их войти и проводив в комнату, я пошла на кухню сварить кофе. Стоя у кухонного стола, я почувствовала, как чья-то рука, пробравшись под халатик со стороны спины, гладит мою попку. Я попыталась обернуться, но сильные руки резко наклонили меня, и в мою разгоряченную щель вошел его член, размеры которого заставили меня стонать и извиваться. Вырываясь, я подняла голову и увидела член прямо напротив своего рта. Я попыталась увернуться, однако второй одногрупник моей подруги, схватив меня за грудь, ловко пронзил мой рот своим членом. Так, сменяясь по очереди они накачивали меня спермой в течение двух часов. После их ухода я вновь приняла душ пила кофе с пришедшей к тому времени подругой. Я ни слова не сказала ей о происшедшем со мной. Мы пили кофе и баловали друг друга сарделькой, которую вставляли в наши щелки, лаская клитор при этом язычком. Эти два дня пролетели незаметно. Пришло ехать обратно, домой. Нежно простившись с подружкой, я села в поезд.
Вагоны качнулись, лязгнули колеса, поезд тронулся. Дверь купе открылась, и вошла молодая пара. Я Сергей, а я Катя, - представились они и улыбнулись. Я улыбнулась в ответ...
Ну , а об этом уже в следующий раз, это совсем другая история...

(этот и некоторые предыдущие рассказы, взяты с сайта perec.ru )

0

11

Я пришел по указанному адресу в назначенное время. Ефим уже был на месте.
- Ну чего, не передумал? - спросил он.
- Мне выбирать не приходится, - как-то неуверенно ответил я.
- Ладно, в общем если тебя там что-то не устроит, ты это никак не показывай, а то меня подведешь, - ответил он. Как я и говорил у тебя сегодня пробы. Они на тебя посмотрят, оценят что ты умеешь и т.д., но денег ты сегодня за это не получишь. Понял?
- Да понял я, - резко бросил я.
Мы поднялись на этаж. Ефим позвонил в квартиру. Мужской голос спросил "Кто там?", после чего дверь открылась. Перед нами стоял парень моего возраста, кроме семейных трусов на нем ничего не было.
- Давайте заходите быстрее, Олег Михайлович уже вас ждет, - сказал паренек и просто запихал нас в квартиру.
Это оказалась хорошо заделанная бывшая коммуналка со множеством комнат. Проходя по коридору в одной из комнат я заметил голую девку, которая позировала перед камерой. У самой дальней двери Ефим остановился и постучал. После ответа "Входите" мы зашли в комнату.
Олег Михайлович оказался солидным дядькой, немного лысоватым с изящной бородкой.
- Так ты и есть Сережа? - спросил он. Я утвердительно кивнул.
- Ефим тебе уже все передал, так что я думаю, если ты здесь, значит согласен, - сказал Олег Михайлович. Тогда не будем терять времени и перейдем сразу к делу. Машу ты наверно уже заметил, когда проходил. Кстати ей недавно исполнилось 18. Так вот, сейчас на ней покажешь все, что умеешь. Она девочка понятливая, если надо подскажет. Ну что, идет?
- Идет, - ответил я.
Мы перешли в соседнюю комнату. Маша лежала на кровати широко раскинув ноги и без тени смущения долбила свою бритую письку здоровенным искусственным членом. Камера была на расстоянии не более полуметра от ее сочащегося влагалища. Оператор подсказывал ей как лучше прогнуться, когда побольше вытащить, повращать и т.д. Мы втроем встали сзади и наслаждались этим зрелищем. Маша тем самым стала помогать себе второй рукой, засунув два пальчика себе в анус. Вскоре она стала метаться на постели и бурно кончать. Она вытащила член из влагалища, которое тихо пульсировало.
- Ну что, понравилось? - улыбнулась она, задержав взгляд на мне. А это что - новенький?
- Да, Машенька, - ответил Олег Михайлович. Ты не против, если он тебя сейчас немножко попользует?
- Пускай разденется, я хочу посмотреть на него, - ответила она.
Я понял, что пришла моя очередь потрудиться над этим телом. Внутри меня всего трясло. Я рывком спустил штаны и без лишних прелюдий направил своего стоящего друга в девкин рот. Та без лишних вопросов заглотила его и принялась усиленно ездить губами по стволу. Оператор (Гарик) принялся бегать вокруг нас выбирая углы съемки. Я повалил её на кровать и закинул ей ноги за плечи. Введя сразу три пальца в её мокрую щель, я принялся делать поступательно-вращательные движения, а языком теребил клитор. Она принялась извиваться и стонать на всю комнату.
- Ну, давай же, вставляй, - не вытерпела она.
Я вытащил пальцы и подозвал Гарика, чтобы он снял крупным планом её дырку. После поднёс свой болт к её пипке, поводил по губам, ввёл на полшишки, а затем с силой вогнал по самые яйца в жопу. Машка вскрикнула, попыталась отстраниться, но она была полностью в моей власти. Постепенно ускоряясь я нагружал её розовое очко и почувствовал как она заводится и подмахивает тазом мне навстречу. Я остановился, вытащил член и опять подозвал Гарика. Её задняя дырочка была раскрыта и тихо вздрагивала. Я ввёл два указательных пальца и максимально расширил вход, а Гарик, добавив света, сделал максимально крупный план. Закончив с попкой я запустил член в естественное для него место.
- Машенька, извини за нескромный вопрос, но можно ли в тебя? - поинтересовался я.
- Валяй, я на контрацепции, - просто и непринужденно ответила она.
Максимально ускорившись я принялся спускать в её чрево. Закончив, я слез с неё и попросил остаться в том же положении.
- Ну, а теперь Маша, усртой нам маленькое представление.
Маша поняла, чего от неё хотят. Прогнувшись она стала напрягать мышцы влагалища, и оттуда медленно стала струиться тёплая белая жидкость.
- Ну, ты вообще, зверь, - сказала Маша. У меня такого траха давно небыло.
- Я рад, что тебе понравилось, - ответил я. Как-нибудь повторим.
- Серёжа, когда оденешься, зайди ко мне, - сказал Олег Михайлович, выходя из комнаты.
Машка ушла подмываться в ванную, Гарик поспешил за ней продолжать съёмку. Я закурил и принялся одеваться.
- Ну ты брат даёшь. Вот это ты её отделал, - восхищённо сказал Фимка, когда мы остались одни. Я такого давно не видывал, только в порнухе. Ты Олегу Михайловичу понравился, я сразу заметил. Так что считай, что ты в деле.
Одевшись я постучался в знакомую дверь и вошёл. Олег Михайлович довольный сидел за столом и что-то писал.
- А, это ты? - сказал он. Заходи, заходи. Вот тебе сто зелёных за представление. Мне лично понравилось.
- Рад стараться, - ответил я.
- О следующей съёмке тебе сообщит Ефим, - сказал Олег Михайлович. Она будет примерно на следующей неделе. Так что жди звонка.

0

12

ЧёрнаяКошка -а ты читала сама и что тебе больше понравилось т.е. какой рассказ?)))

0

13

Maks написал(а):

ЧёрнаяКошка -а ты читала сама и что тебе больше понравилось т.е. какой рассказ?)))

Извращенец  :lol:  Я читала гораздо больше того, что есть здесь, но только ради смеха. Не увлекаюсь я подобными забавами.
А вы с какой целью интересуетесь?  :suspicious:

0

14

думал расскажешь в крации .

0

15

Maks написал(а):

в крации

в кратце?

0

16

ЧёрнаяКошка написал(а):

Maks написал:

    в крации

в кратце?

что поделать 3 класса образования вечерней школы )))

0

17

ЧёрнаяКошка написал(а):

А вы с какой целью интересуетесь?

думал мы) на ты а вы так офицыально, кто еще и извращенец не читал и не прет ,а умственные зарисовки  на мой взгляд должны быть у всех без исключенья

0

18

Максик, чтение развивает воображение и компенсирует недостаток образования)))

+1

19

все какие умные куда деваться в стране дураков)))

0

20

Maks написал(а):

все какие умные куда деваться в стране дураков)))

:lol:

0


Вы здесь » Форум обо всём на свете » ЭРОТИКА » Порнорассказы)